Тайна смерти вдовы Пороховщикова

В минувшем декабре 55-летие могла бы отметить театральный критик, редактор и журналист Ирина ПОРОХОВЩИКОВА, жена народного артиста России Александра ПОРОХОВЩИКОВА. Весной 2012-го, узнав, что смертельно больному супругу осталось немного, убитая горем женщина покончила с собой. А через месяц с небольшим не стало и его, так и не узнавшего о смерти своей любимой Ирочки. О неизвестных моментах жизни и смерти этой пары «Экспресс газете» рассказала Наталья ДМИТРИЕВА, племянница Александра Шалвовича.

– У дяди Саши и его Ирочки случилась огромная любовь, и то, что они ушли из жизни один за другим – перст судьбы. Такое далеко не каждой паре дано, – вздыхает Наталья Дмитриева. – Тетя Галя, мама Александра Шалвовича, была против любых женщин сына. Из-за этого и Иру не любила. Эгоистично ревновала и думала, что сама найдет своему мальчику достойную супругу. Но Ира, что называется, высидела мужа – взяла ожиданием и терпением. Поженились они только спустя 15 лет после знакомства. Ира мне тогда говорила: «Свекровь меня на том свете проклинает, наверное». Но за что проклинать-то? За безумную любовь, за заботу, за преданность?! К тому же, Саша, как любой актер, оказался ветреным и изменял ей.

Конечно, Ирина очень хотела стать мамой, но Саша не мог иметь детей, о чем было не принято говорить вслух. Но, увы, это так. Он же мужчина, в котором течет грузинская кровь, и очень тяжело переживал проблемы со здоровьем. Вы ведь понимаете, что при другом раскладе его дети росли бы по всей стране. Ира предлагала взять ребенка из детдома или нанять суррогатную мать, а он все твердил: «Нельзя нашу семью разбавлять другой генетикой, мы обязательно родим своего!» Бред какой-то, учитывая, что Ирин возраст приближался к пятидесяти. Уверена, если бы в их семье появился наследник, все сложилось бы по-другому. И Ира не решилась бы добровольно уйти из жизни.

Подлые любовницы

– Черное пятно – на совести поклонниц Пороховщикова, которые звонили и угрожали Ире, мол, уведем мужа, – говорит племянница актера. – Из-за этого она начала стремительно худеть. У Иры даже появился бзик, что она теперь Саше не подходит. А еще Иру родной брат Володя предал, который принялся судиться с ней из-за квартиры их умершей мамы. Переживаний добавила и смерть любимой собаки, которую они похоронили прямо на территории дачи. И, конечно, тяжелая болезнь Саши. Словом, весь мир Иры стал рушиться.

Ира выла от отчаяния в трубку: «Ну, что мне сделать, чтобы Саша выжил?!» Дядя толком не хотел лечиться от диабета, а после внезапно случившегося инсульта его нужно было перевести в неврологию из другого отделения, где он тогда лежал. Но Ирка от ужаса почему-то запретила это делать. Наверное, уже ничего не соображала. Хотя счет шел на минуты. Но мы дядю Сашу втайне, через черный ход больницы, все равно перевезли. Каким-то образом это сняли журналисты. Потом ему сделали операцию, часть мозжечка отрезали, из-за чего координация движений нарушилась. Если б выжил, все равно остался инвалидом.

Ирина стала звонить каждую ночь и твердить: «Саша умер». «Что за бред, – я отвечала. – Только из больницы от него еду». Оказалось, это снова дело рук то ли нечистоплотных репортеров, то ли любовницы Александра. Кто-то из них звонил и выражал соболезнования Ире в связи с кончиной мужа. Та поднимала на уши всех, названивала врачам . «Он жив, – отвечали медики. – Состояние тяжелое, лежит в искусственной коме». Видимо, на этой почве у Иры и созрел окончательный план свести счеты с жизнью.

Смертельное лекарство

– Ира к своей смерти четко подготовилась. Отпустила домработницу, ровным почерком написала предсмертное обращение, помыла голову, причесалась, уложилась феном и.., – (на этих словах Наталья расплакалась и, с трудом взяв себя в руки, продолжила рассказ). Я же за несколько часов до этого говорила с ней по телефону и даже не поняла, что беда совсем близко…

Знакомая журналистка Ирины сфотографировала ее мертвой и выложила в Интернет. Фото моментально облетело всю Сеть. Нельзя делать такие вещи! У дочки истерика случилась, когда она обнаружила фото в Сети. Я и за Сашу, который лежал в больнице, испугалась. Прибежала к нему в палату, но боялась даже заикнуться о смерти Иры. Он так ничего и не узнал. А когда ее похоронили, дяде совсем поплохело. Ира стала тянуть за собой. Он в Пасху и ушел. Потом медики сказали, что весь дядин организм в сахаре был – поджелудочная уже практически исчезла, другие органы тоже не работали. Какой-то идиот до этого внушал Пороховщикову, что колоть инсулин плохо. И подсунул взамен странный препарат. Причем брал за него большие деньги, в два раза дороже, чем он на самом деле стоил.

Два отца одного сына

– Я решила судиться, усомнившись, что люди, претендующие на имущество Пороховщиковых, не родня им по крови. И генетическая экспертиза это доказала. Дело в том, что в 1939 году Галина родила Сашу от своего тогдашнего парня по фамилии Шанидзе. Но они поссорились, и тот ее бросил беременной. Вскоре появился Барабадзе, стал ухаживать и в результате записал Сашу на себя. Барабадзе, кстати, когда отца Галины арестовали, в одних подштанниках в окно выпрыгнул, и больше его никто не видел. В 1941-м мать Саши хотела подать на алименты, но узнала, что Барабадзе, еще не разведясь с ней, каким-то образом женился на грузинке. И Галя оставила эту затею. С тех пор они 70 лет и не общались.

А вот настоящий отец – Шанидзе – пытался вернуться к Галине. Но она его обратно не приняла. Шанидзе, кстати, скрипач из прекрасной семьи. И, кроме Саши, у него больше детей не было. Сын унаследовал диабет от отца – тому тоже ногу отрезали. А все наследство Пороховщикова досталось родственникам Барабадзе! Так решил наш самый лучший в мире суд!

Если приглядеться, то Виктор Барабадзе, названый племянник артиста, и правда внешне похож на Александра Шалвовича. Но на свете есть много и других симпатичных грузин, которые чем-то напоминают Сашу, – улыбается Наталья. – Барабадзе появились, когда дело о наследстве уже шло, и никакой помощи в организации похорон они, конечно, не оказывали. Виктор, явившись на поминки, принялся у всех спрашивать: «А почему фотография Иры стоит на столе?» Мужчина и не знал, что в тот день минуло 40 дней с ее ухода! Когда начался суд, адвокат Виктора мне позвонил и попросил предоставить чеки: «Сколько вы потратили на уход за больным Александром и на его похороны? Мы все вам вернем!» Я отказалась. Решила только забрать фотографии из архива Саши и Иры, их письма и фамильный самовар. Кроме меня, это теперь никому и не нужно.


 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here